wrapper

   Помощник командира соединения кораблей охраны водного района, священник Кирилл Вовк 108 дней участвовал в военном походе гвардейского ракетного крейсера «Москва» к берегам Сирии. В интервью он рассказал о том, как проходили богослужения на крейсере, о проблемах военного священства, об отношении к русским морякам на Кипре.

– Расскажите о Вашем назначении на ракетный крейсер «Москва».

– Я штатный войсковой священник Новороссийской военно-морской базы. На крейсере «Москва» есть храм, и в дальних походах моряков окормляет кто-то из священников. В эту командировку командующий флотом предложил отправить меня, епископ Новороссийский и Геленджикский Феогност благословил – так и отправился.

о.Кирилл, Вы более трех месяцев провели на военном крейсере, Вы увидели жизнь глазами моряка, опишите Ваши первые ощущения.

Дело в том, что это мой не первый поход в море. А вот, когда впервые попал на военный корабль, действительно переживал. Я тогда подумал, что наверно так чувствуют себя люди, впервые перешагнувшие порог храма. Вокруг тебя все заняты каким-то делом, а ты не знаешь, что от тебя требуется, как себя вести.

Вы несли службу еще и в военную компанию в Чечне, каковы особенности служения, какими качествами должен обладать военный священник?

Тогда я был простым солдатом срочником. Поэтому какие там особенности сказать не могу, хотя конечно представляю себе обстановку в таких условиях. Если же говорить о качествах, то в первую очередь священник должен быть знаком со службой в армии. Военные они ведь отличаются от привычных нам прихожан городского или сельского храма.

– Где и как проходили богослужения и требы на крейсере?

– Храм на крейсере – это небольшое помещение в одной из кают, примерно 5 на 5 метров. Помещаются в него около 20 человек. Храм был освящен 14 декабря 2008 года в честь Покрова Пресвятой Богородицы. Старший кок был у меня псаломщиком. Он не сказать, чтобы очень умел петь, но у него было самое главное – желание. И не было боязни читать вслух. Он-то служит давненько, и до меня его уже обучили другие священники. Они, кстати, и мне перед походом рассказали – как себя вести на корабле.

Утром и вечером обязательно утреннее и вечернее правило, и в течение дня, по возможности, молебен, акафист или что-то подобное. Даже если никого нет, например, с утра на правиле, всё равно читаешь. Ну, бывает, что не получилось ни у кого – матросы придут с ночной смены, поспать хотят. В праздничные и воскресные дни всегда служили Литургию, по субботам всегда исповедь. И еще требы. Бывает, приходит контрактник: «Батюшка, у меня жена рожает, давайте помолимся». – «Ну давай». Через два часа были возле берега, смог позвонить – сына родила.

Крестил кого-то. Матросы, особенно с Дальнего Востока, многие некрещеные, потому что там храмы не везде есть. Плюс еженедельно я проводил в столовой командные беседы. Собирали матросов, контрактников. Я им презентации делал, ролики показывал о том, что считал для них интересным. И личные беседы каждый день. Я в комнату досуга вечером приходил, и мы с ребятами общались в неформальной обстановке. Я отвечал на их вопросы, рассказывал про то, что их интересовало. На общих беседах они ведь обычно стесняются вопросы задавать.

Раньше на Руси существовал институт полкового и судового (или корабельного) священства, как развит штат военных священников в настоящее время?

– В настоящее время в этом ведомстве еще многое предстоит сделать. В первую очередь нужно выстроить вертикаль власти, а за основу можно взять дореволюционный опыт. На Черноморском флоте накоплен богатейший опыт взаимодействия с Церковью. Хорошо бы взять этот опыт и распространить на другие флоты. Но для этого должны дать команду сверху. Мы тут внизу «работаем с лопатами», мы выполнить можем, а команду дать не можем. Надо, чтобы там наверху к нам прислушались и более активно стали эту работу проводить.

Расскажите подробнее о вертикали власти у военного духовенства.

– Например, я вроде бы подчиняюсь благочинному, но чтобы поехать в командировку, мне нужно получить у него разрешение, написать рапорт. А он человек городской, и я не всегда имею право даже просто ему сказать – куда я еду.

Нужно, чтобы был базовый уровень духовенства – священники бригад, подразделений, и над ними уровень военного благочинного, и верхний уровень. У нас функции военного благочинного мог бы выполнять помощник командующего ЧФ по работе с верующими военнослужащими. Через благочинного нам было бы легче выходить на высоких людей в погонах, чтобы оперативно решать какие-то вопросы.

Может ли военный священник в случае необходимости сам взять оружие в руки?

– Самое главное оружие священника – это молитва. «ибо истинно говорю вам, если кто скажет горе сей: поднимись и ввергнись в море, и не усомнится в сердце своем, но поверит, что сбудется по словам его, — будет ему, что ни скажет.» (Марка 11:23). Какое оружие еще нужно?

Как Вы думаете, поднимает ли дух патриотизма команды присутствие священника на борту? Сплачивает ли, воодушевляет?

– Это не первостепенная задача священника. Самое главное организовать богослужение, окормлять тех, кто приходит в храм. Конечно, замечательно, если священник обладает качествами миссионера, может расположить к себе, воодушевить. По статистике подавляющее большинство военнослужащих считают себя православными, но это не делает автоматически из священника человека, на которого можно равняться. Военных не обманешь, чувствуется ведь искренний человек или нет. Если учить одному, а жить по другому, то точно никого не сплотишь.

Пребывать на борту крейсера долгое время, для Вас, это все-таки подвиг?

– Думаю нет, особенно когда любишь свое дело. А вот для семьи, для матушки вполне может быть.

– Расскажите о ярких впечатлениях за время Вашего служения.

– Были мы на Кипре, заходили за продуктами в Лимасол. Там люди с такой радостью встречают русских! Вроде бы Евросоюз, Турция под боком. Пропаганда идет европейская, в том числе по телевизору – будь здоров. Узнают, что русские моряки – чуть не аплодировать готовы. Вплоть до того, что по городу висят транспаранты на русском языке и фотографии Путина.

Заехали на платную стоянку, охранник как узнал, что русские, говорит, что денег не надо. «Путин – во!», и большой палец показывает. Была у меня возможность целый день походить по Лимасолу, и нигде я не видел ни одного недовольного российским присутствием в Сирии человека. Наоборот, люди ждут, когда придут русские и построят у них военную базу, потому что понимают, что сами они себя защитить не в состоянии.

Контакты

Русская Православная Церковь. Кубанская Митрополия. Новороссийская епархия.

Адрес: 353490, Краснодарский край, г. Геленджик, с. Дивноморское, ул. Кирова, 13

Телефоны: 8 (86141) 64-582, 8 (86141) 63-680 факс: 8 (86141) 63-680

e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

По вопросам работы сайта Вы можете обратиться в

Информационный отдел

e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

web: www.eparh.info

Обнаружили ошибку на сайте? Выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter 

Пресс-релизы

23 марта 2017 года в городе-курорте Геленджик состоится общеепархиальный крестный ход, приуроченный ко дню памяти священномученика Димитрия Легейдо.

Епархиальный Instagram


nmd xr1